Главная
Психологические исследования
Тихое увольнение: почему люди работают на минимум и что за этим стоит
Психологические исследования
Тихое увольнение: почему люди работают на минимум и что за этим стоит
Снаружи всё выглядит так, будто человек честно работает: приходит вовремя, сдаёт задачи, отвечает на письма. Но инициативы ноль, сверхурочные — мимо, а после шести вечера телефон уходит в беззвучный режим. В быту это часто называют «ленивой молодёжью» или потерей амбиций, но экономисты и психологи видят здесь более сложный сдвиг — «тихое увольнение» (quiet quitting), которое в 2024 году разобрала в своей статье исследователь Е. Д. Радько.
Вопреки названию, человек при «тихом увольнении» никуда не уходит — он остаётся на должности, но перестаёт выкладываться сверх формальных обязанностей. Речь о выполнении необходимого минимума, чтобы сохранить место и зарплату, без лишних переработок, «геройства» и эмоционального втягивания в проблемы компании.
Сама идея работать ровно по инструкции не нова: в трудовой истории давно известна «итальянская забастовка», когда сотрудники строго следуют правилам, не проявляя лишней гибкости. Но «тихое увольнение» — это не обязательно открытый протест на короткий срок, а скорее устойчивая модель поведения. С точки зрения классической экономической логики, на которую ссылается автор (в частности, работа Р. Джонсона), время и силы — ограниченный ресурс: если оплата фиксированная и не растёт от сверхусилий, вкладывать лишнюю энергию без отдачи может быть просто нерационально.
По данным глобального опроса Института Гэллапа за 2022 год, приведённым в статье, полностью вовлечёнными в работу чувствовали себя лишь 23 % сотрудников, тогда как 59 % относились к категории «тихо увольняющихся». В России прямых замеров именно этого термина в самой статье меньше, но косвенные сигналы похожи: по данным Get Experts (2023), 41 % опрошенных ставили во главу угла баланс работы и личной жизни (хотя пять лет назад в топе нематериальной мотивации чаще звучали развитие и карьера), а в исследовании Работа.ру и СберЗдоровья (октябрь 2023 года) о максимальном уровне выгорания заявили 26 % респондентов, ещё 20 % оценили его на 4 балла из 5 и 25 % — на 3 балла.
Работа Евгении Дмитриевны Радько — это теоретико-аналитический и институциональный обзор, а не собственное полевое исследование с опросом сотрудников. Автор обобщает зарубежные и российские публикации, статистику и данные аналитических центров, чтобы описать «тихое увольнение» как массовый тренд на рынке труда.
При чтении этих данных важно учитывать несколько ограничений самого формата исследования:
В статье показано, что к «тихому увольнению» подталкивает не одна причина, а связка внутренних условий в компании и внешних событий вокруг.
Среди организационных факторов автор опирается на пять причин, выделенных Т. Махандом и К. Колдвеллом: отсутствие перспектив роста и развития, ощущение, что руководство не ценит труд и перегружает людей сверх нормы, разобщённость и одиночество (особенно на удалёнке), нехватка автономии и микроменеджмент, а также падение доверия к руководству и организации. Дополнительно в работе отмечается роль базовых потребностей из теории самоопределения — в компетентности, самостоятельности и принадлежности к команде: когда они не закрыты, вовлечённость падает.
Массовым трендом «тихое увольнение» стало после пандемии, которую автор называет катализатором. Вынужденный переход на удалёнку и переосмысление жизни заставили многих по-новому взглянуть на баланс между работой, здоровьем и семьёй: например, по данным ВЦИОМ за 2022 год, 82 % опрошенных отмечали удобство удалённого формата, а 85 % соглашались, что из дома проще совмещать рабочие и бытовые дела.
Свою роль играют хроническая неопределённость, страх сокращений или перемен и эмоциональное выгорание (по данным опроса hh.ru и AIBY за середину 2022 года, с ним столкнулись 54 % российских работников). В поколенческом разрезе в статье приводятся данные по Великобритании (О. Гамильтон и соавторы): с 2019 года рабочее время снижалось у всех групп, но сильнее — у поколения Z (на 48 часов в год) и миллениалов (на 38 часов), чем у поколения X (на 24 часа) и бэби-бумеров (на 14 часов). А опрос Axios / Generation Lab (2022) среди молодёжи 18–29 лет показал, что 82 % респондентов привлекала идея делать необходимый минимум для сохранения работы, ставя здоровье, семью, друзей и личные интересы выше карьеры любой ценой.
В популярном споре вокруг этого термина часто сталкиваются две крайности. С одной стороны, уход от бесконечных переработок и попытка вернуть себе личное время могут быть здоровой реакцией на хроническую перегрузку, когда работа годами съедает сон и здоровье. С другой стороны, полная апатия и безразличие к своему делу иногда маскируют эмоциональное выгорание, потерю смысла или ощущение бессилия, когда человек уже не верит, что его усилия что-то меняют.
Для работодателей и команд массовое «тихое увольнение» тоже оборачивается потерями — от снижения инициативы до рисков для производительности, хотя автор отмечает и обратную сторону: порой жёсткая или некомфортная среда возникает и из-за ошибок управления, а не только из-за «неправильного настроя» сотрудников.
Радько Е. Д. «Тихое увольнение» как новый тренд на рынке труда // Мир экономики и управления. 2024. Т. 24, № 1. С. 5–15. https://doi.org/10.25205/2542-0429-2024-24-1-5-15